• Я снова в Берлине! Путешествие завершено!!!
  • Я уже писал, мой матрац фирмы «Therm-a-Rest» после пустыни Намибии, не выдержав перепада температур, в буквальном смысле слова испустил дух. Вернее, приобрёл форму, на которой, может быть, удобно лёжа книжки читать, но уж никак не спать. Когда собираешься в путешествие на два года, нельзя экономить на материале и оборудовании – всё должно быть лучшим из лучшего, даже если цены кусаются, ведь, как известно, скупой платит дважды. Поэтому тогда, в Берлине, я купил специальный надувной матрац ведущего в мире производителя. В этом сомневаться не приходилось, так как о качестве продукта говорили в унисон все продавцы в разных магазинах. Да и гарантия у этого матраца, у единственного из всех, которые я видел, была на 10 лет, что внушало солидное доверие. Матрац отличный, спору нет! Но когда я ехал по Намибии, он у меня хранился в чёрном мешке на багажнике. Я не знаю, каким температурам он подвергался внутри этого мешка, а ведь тогда я ехал под палящим солнцем в пустыне почти неделю при температуре в тени плюс 45-50 С. Когда я его там по вечерам надувал, он хрустел, как будто был сделан из газетной бумаги. Меня тогда не покидало ощущение, что он сейчас рассыплется. Но он держался, обеспечивая мне лучшие ночёвки в Африке – в пустыне Намибии. Но в Замбии и Малави меня сопровождал сезон дождей, поэтому все мои вещи, включая матрац, находились в постоянной влажной среде. В таких условиях даже лучшая в мире продукция сдаётся. Сон для меня очень важен, а вот аналогичного продукта в Африке, увы,не найти. Тогда я решил, раз у матраца такой огромный гарантийный срок, не обратиться ли мне напрямую в фирму-изготовитель. Труда не составляло найти её в интернете (www.cascadedesigns.com). Из Танзании я написал сотрудникам фирмы электронное письмо, в котором представился и описал проблему, приложив пару фотографий деформированного матраца. Честно говоря, удивился, когда через пару дней из Ирландии, без лишних расспросов, пришло короткое письмо с одним единственным вопросом: «Куда выслать новый матрац?» Я ответил, что в Найроби, так как всё равно планировал там задержаться для получения эфиопской визы. В общем-то, это длинное вступление служит увертюрой для описания того, как в Найроби я получил этот матрац. Я попросил прислать его на главпочтамт «до востребования» (poste restante) и указал точный адрес. Так как я довольно долго задержался в Руанде из-за поломки велосипеда, посылка должна была уже давно меня ждать в почтовом отделении. Но в течение недели я, каждый день приходя на почту, убеждался, что никакой посылки для меня нет. Меня это начало тревожить, потому что прошло уже больше трёх недель со дня отправления. Я начал расспрашивать, где посылка могла бы застрять. Мне вежливо объяснили, что, возможно, на другом крупном почтамте, где тоже есть poste restante. Я поехал туда, но никто из пяти опрошенных сотрудников не мог сказать, где это окошко. Пришлось подняться на второй этаж и обратиться к «постмайстеру» – шефу этого отделения. Он, вежливо выслушав, сказал, что у них есть poste restante, но на моё предложение показать мне окошко, попросил меня записать на бумажке свою фамилию и номер телефона, мол, он передаст эти данные, кому надо, и, если посылка придёт, мне позвонят. Свои данные я написал ему, конечно, но такой вариант  развития событий я сразу похоронил в голове. Когда я поинтересовался, не может ли посылка застрять где-то на таможне, он как-то повеселел и сказал, что это хорошая идея, так как таможенная проверка посылок находится прямо над головой, на третьем этаже; после чего лично меня туда сопроводил и передал в руки тамошнему начальнику. Это было открытое этажное пространство, заполненное огромным количеством посылок. Новый начальник начал проверять пачку квитанций, которую ему принесли. Так как у меня фамилия сложная, я предложил, дабы не отнимать его рабочее время, самому проверить квитанции. Увы, через пять минут я выяснил, что моей фамилии в них не было. Мысленно распрощавшись с матрацем, я начал прощаться и с начальником этого отделения, но он вдруг попросил пройти с ним. В другом конце этажа мы зашли в небольшой офис, где он мне сообщил, что все входящие посылки в Найроби регистрируются здесь в специальных книгах. После этого он положил передо мной около дюжины таких книг, полностью состоявших из копий квитанций, и, пожелав успеха, удалился. Эти тома я перебрал по датам, взял первый подозрительный, показавшийся мне подходящим, и… на третьей странице наткнулся на «Sergej Chapoknysch!» Нашёл!!! Я тут же побежал назад к начальнику. Тот отправил меня к другому столу, откуда меня попросили пройти к стойке, где стояла небольшая очередь. Боже, через десять минут я держал в руках небольшой свёрток с моей фамилией на наклейке и собрался было вприпрыжку помчаться домой. Но меня остановила женщина за стойкой и сообщила, что сначала ей нужно показать содержимое посылки, после чего уплатить таможенную пошлину. Она послала меня в соседний кабинет, где сотрудник, взглянув на этикетку матраца, сразу выудил в интернете его стоимость – 119 $. Меня вернули к женщине за стойкой, которая забрала посылку назад и вмиг на калькуляторе вычислила, что мне надлежит заплатить 4500 шиллингов (около 55 $). Вся моя радость куда-то улетучилась. Как я ни пытался объяснить, что это подарок фирмы, спонсорство, что у меня и так денег мало – всё бесполезно. Наконец она, немного наклонившись вперёд, негромко спросила, сколько я, по моему мнению, должен заплатить? Я ответил, что, насколько себе представляю, вообще ничего… но если нет других вариантов, то хотя бы половину. Пока я ещё что-то пытался возразить, она молча на обороте квитанции написала «2 250 шиллингов к оплате», после чего я сразу умолк и спросил, куда мне нужно идти для оплаты. Мне указали на другой кабинет. Я уже достал было деньги, но там мне пояснили, что надо платить в банке, и распечатали формуляр для оплаты. Я понесся в банк, находящийся метрах в пятистах от почты. Там в нужном окошке внёс нужную сумму и вернулся назад в тот же кабинет. Служащие сделали пометку платёжной квитанции и отправили меня в соседний кабинет, где мне на основании оплаты выписали новую квитанцию и показали опять на стойку, куда я должен обратиться с кипой набравшихся у меня квитанций. Там, когда подошла моя очередь, сказали, что теперь надо пройти за стойку и обратиться вон к тому столу, что я и сделал, обойдя длинную стойку слева. За тем столом повертели мою квитанцию и отправили к другому столу. Путь к этому другому вёл меня мимо стола начальника, у которого я уже был, поэтому я сразу к нему и направился. Он повертел в руках квитанцию и направил меня опять в стойке, где я тоже уже был, и куда должен был выйти с другой стороны стойки, обогнув её справа. Я ему сказал, что если я пойду туда, то сделаю полный круг, после чего, по-видимому, меня отправят на второй… Он пошёл вместе со мной и с просьбой найти посылку собственноручно вручил недовольной сотруднице квитанцию. Пока я ждал у стойки, квитанция прошла ещё через руки трёх сотрудников. За это время я успел познакомиться и разговориться с двумя молодыми немками, которые сказали, что живут здесь уже полтора года в качестве волонтёров и что это обычный ход событий. Через двадцать минут мне вручили мою посылку, и я готов был заорать от радости, как Тарзан в джунглях. Но меня приостановили, сообщив, что прежде, чем уйти, я должен заплатить ещё семьдесят шиллингов у мужчины за соседней стойкой. Я не понял, за что, да и не собирался понимать. Наскоро уплатив сумму, я собрался было покинуть почту. Но мне сказали, что надо отметиться ещё у другого мужчины, который проверил все квитанции у меня в руках, сверил с моим паспортом, записал его номер и попросил расписаться по этим номером. После чего, опережая мой порыв, невозмутимо пояснил, что всё это надо показать служащему, сидящему у выхода из этого огромного холла. Когда и он всё проверил, мне можно было пройти к лифтам и спуститься на первый этаж. Внизу я рассмеялся в лицо служащему за столиком, находящимся между лифтами и выходом на улицу, который потребовал предъявить ему все квитанции, подтверждающие, что я имею право владеть моим свёртком… Я ещё долго смеялся на улице и приговаривал: «Этого не может быть, этого не может быть…!» Квитанции я ещё долго не выбрасывал на тот случай, если дорожные регулировщики вдруг решат проверить, законно ли я несу свою посылку домой. В Берлине мне нужно подойти к окошку «до востребования» и через три-четыре минуты я могу спокойно идти домой с посылкой. Здесь же мне понадобилось на всё около шести часов. Я подсчитал, что мне необходимо было обратиться к восемнадцати сотрудникам почты, чтобы получить свой матрац. Надеюсь, мой нудный рассказ не утомил читателей. Поверьте, на почте мне пришлось несладко!




    Оставте свой комментарий
    Имя: 
    Email: 
    URL: 

    CAPTCHA image
    Обязательно