• Я снова в Берлине! Путешествие завершено!!!
  • К моему немалому удивлению, дождя с утра не было. Но взамен – пасмурная погода и легкое накрапывание с неба. Было видно по карте, да и Оскар подтвердил, что первый населённый пункт будет у меня километров через сто двадцать. Я выехал рано,  готовый к встрече с цеце. Первая выскочка начала кружить вокруг меня уже на тринадцатом километре. После двадцатого километра, как и предупредил Оскар, вокруг меня возник рой, раза в три больший, чем в первый раз под ливнем. Но опыт предыдущих дней не дал застать меня врасплох. Кроме того, что я надел на себя дождевые брюки и куртку, я ещё густо смазал средством от комаров своё лицо и перчатки (помогает). Полчища зверюг сопровождали меня все сорок пять километров, и я не был ни разу не укушен. На тридцать седьмом километре мне навстречу проехал на велосипеде местный чернокожий житель. Я специально внимательно посмотрел – около него я не увидел ни одной мухи цеце, хотя одет он был всего лишь в майку без рукавов. Эту картину надо было видеть со стороны: я, как космонавт, упакованный, протащил свой рой мимо удивлённого чёрного крестьянина. На него не среагировала ни одна моя муха. Этот феномен до сих пор остаётся для меня загадкой. Когда я приближался к рубежу шестидесяти пяти километров, после которых по идее, как говорил Оскар, не должно быть мух цеце, я задумался. Возможно, они там и не обитают. Но что делать с моим клубком из сотни мух, совсем осатаневших от безуспешных попыток отведать меня и не собиравшихся от меня отставать? Я начал думать, как избавиться от преследователей. Наугад решил использовать подмеченную мной особенность цеце, а именно их любовь к  движущимся объектам. На шестьдесят пятом километре я сделал остановку, отошёл от велосипеда и просто постоял без движения минут десять. Рой разделился на две половины: одна осталась стеречь велосипед, расположившись на моих сумках, другая отделилась вместе со мной, продолжая свирепо атаковать меня со всех сторон. Моё предположение действительно подтвердилось. Часть мух, затосковав от отсутствия движения и безрезультатности атак, а может и заметив, что находятся на границе их обитания, улетела в свой лес. Велосипедные охранники тоже поредели слегка, когда я вернулся, чтобы продолжить свой путь. И так, я и оставшаяся половина роя, устремились в места для них новые, необжитые. Чтобы уж совсем не отрывать их от Родины, я повторил акцию на семидесятом километре. Я глазам своим не поверил: они сделали последнюю отчаянную попытку меня поразить, но через пятнадцать минут две трети роя действительно исчезли. Уж не знаю, полетели ли они клином назад, в родные края, или, заскучав без движения, стали любопытствовать, что есть интересного на новом месте. Со мной остались самые преданные. Но и преданности есть предел, и через полчаса дальнейшего продвижения и эти исчезли. Раздеться я не мог, потому что при мне остались четыре-пять цеце, которые, то ли из принципа, то ли из любви к путешествиям, продолжали делать ленивые попытки как-то до меня добраться, но в основном, отсиживались у меня на сумках. Мне хотелось снять с себя жаркую одежду, поэтому я этих оригиналов перебил со временем поодиночке. После ста километров я снял, наконец-то, всё лишнее и, легко вздохнув, поехал дальше, как и полагается в Африке – в шортах и в футболке с коротким рукавом. Первая деревня у меня на пути была через сто сорок километров. Я изрядно устал, потому что проехал большой путь почти без остановок и без питания. Кроме того, дорога была такая размякшая, как будто здесь три дня без остановок шёл дождь. Подсохнуть она тоже не могла, так как весь день было пасмурно, и солнце выглянуло лишь к вечеру. Так я промучился эти сто сорок километров на полуспущенных шинах, по мягкой глине, чередующейся с мокрым рыхлым песком. Это очень изматывает. На протяжении всего этого пути мне встретился один велосипедист, один мотоциклист и один джип. Даже не «каждой твари по паре». Кажется, это первый такой сурово-немноголюдный этап во всём моём путешествии. Даже в Канзасе и в Намибии я встречал людей побольше. В голове промелькнуло: «А случись что с велосипедом ..? Никого нет, одна саванна вокруг с дикими животными». Я, конечно же, опять никого из них не увидел. Но верю местным, что они здесь есть. А такие экземпляры, как львы, гепарды  и леопарды, выходят ночью на охоту. И ночевать здесь в палатке у меня не было никакого желания. Но мне повезло – ничего, ни с велосипедом, ни со мной не произошло, и я благополучно добрался до мест обитания человека. Первым делом я набросился на кока-колу и печенье. В общем-то, я доехал до своего запланированного пункта для ночлега. Но было ещё полтора часа светового дня, и я вспомнил, что Оскар мне рекомендовал, если будет возможность, доехать до следующего посёлка. Там посёлок покрупнее, и есть несколько нормальных гостиниц даже с интернетом. На интернет я и повёлся. У меня уже двенадцать дней не было связи с миром, и накопился информационный голод. Я на всякий случай всё же осмотрел одну гостиницу в этом посёлке, но она оказалась настолько неаппетитной, что я только утвердился в своём решении ехать дальше в Сиконге. По моему атласу, который мне не внушает стопроцентного доверия, до поселка оставалось восемнадцать километров. Я спросил, как обычно, у четырех человек, сколько километров до следующей деревни. Ответы были следующие: 22 км, 25 км, 18 км и 5 км. И тут я сделал поразительное: при моём огромнейшем опыте, накопленном за последние двадцать месяцев пути, я принял совершенно безумное решение – доехать ещё сегодня до Сиконге. Понял я это не сразу, а лишь спустя полчаса. Дело в том, что я к тому времени был уже изрядно измотан, дорога была преотвратительного качества, и стремительно начинало темнеть. «Но это не проблема, – думал я, – уже много раз я в темноте доезжал, когда знал, что меня точно ожидает отель или кто-то из знакомых». И только на середине дороги до меня дошло: я нахожусь в Африке на территории хищных животных. И даже если я не собираюсь разбивать здесь палатку, мне надо проехать чорт знает сколько километров по совершенно убитой дороге, да ещё и в полной темноте… Идиот! Когда я увидел свет фар позади себя, понял, что этот шанс упускать нельзя. Мне опять повезло. Ехал грузовик с полным кузовом земли и тремя рабочими в кузове. Я закинул свои сумки в кузов, передал велосипед туда же, где его просто уложили на кучу красно-бурой земли, и сам устроился вместе с остальными над кабиной. Только тогда я понял в полной мере недальновидность и нелепость своего недавнего решения. Мы тряслись по ужасной дороге минут сорок, пока доехали, наконец, до Сиконге. Мне на велосипеде понадобилось бы часа два на это расстояние. В кузове один из рабочих сказал, что эта дорога опасна в ночное время из-за хищников. В Сиконге они провели меня к гостинице, которая была мне по карману. Никакого интернета там, конечно, не оказалось, так же, как и воды в кране. Хорошо, хоть электричество есть!




    Оставте свой комментарий
    Имя: 
    Email: 
    URL: 

    CAPTCHA image
    Обязательно